...Откуда-то то ли из бездны, то ли из кармана широких штанин мышь вытащила бидончик со сгущёнкой, вскочила с кресла и, энергично размахивая импровизированным орудием ближнего боя для пущей убедительности, заявила:
— Знаешь ли, реальность протухла от избытка викторианской морали и респектабельных собственников. Посему мы ищем... Четверг.
— Знавала я одну Четверг, — пробормала Лис, впрочем, Мыха проигнорировала и продолжила:
— Не просто день недели... неуловимое промежуточное звено между косной средой обитания и абсолютной свободой вымысла!.. Ведь сначала наступает среда, она всё вокруг себя окружает, а потом из окружающей среды выныривает четверг, способный выписать штраф и на орехи кружевным викторианским занавескам, накоплениям и фондовым биржам! Пробьём брешь в заскорузлом укладе старого леса и вернём вселенной живой авторский дух!..
— А как вы здесь оказались? — спросила Лис.
— Кажется, этот дом — архитектурное воплощение пространства между мирами, — деликатно вмешался Эльф, — где эстетика импрессионизма соседствует с фамильной драмой. Наверное, осенний дождь смыл границу между текстами.
— Дом на холме — база для перегруппировки перед литературным рейдом! — победоносно воскликнула мышь.
...Поместье ответило непрошеным гостям/ьям свежим дыханием осени и запахом прелой листвы, в котором безошибочно угадывалось то самое... чувство собственности, пронизывающее самую сердцевину английского бытия. Одно из окон гостиной внезапно распахнулось.
— Ну-с, молодые люди, — раздался сухой, как пожухлый лист, лишённый всякой интонации, голос из-за живой изгороди, — позвольте полюбопытствовать на предмет ваших инвестиций и социального капитала.
Перед троицей вырос призрачный силуэт дяди Юлиуса Форсайта с бакенбардами наперевес. Его глаза метали молнии праведного гнева при виде тяжёлых армейских ботинок Мыхи, явно нарушавших все негласные правила хорошего тона.
— Полноте, батенька, — величественно кашлянул другой призрак, в котором угадывался Джеймс Форсайт. — Они же без копейки в рентных фондах! Как можно расхаживать по приличным газонам в таком виде? Это же прямой путь к банкротству!
Эльф, сохраняя олимпийское спокойствие, качнул головой, демонстрируя безупречную выучку и ту особую, прохладную сдержанность, которая отличает истинных аристократов духа от нуворишей. Он учтиво приподнял венок из сосновых веток и произнёс, тщательно используя подходящие вежливые слова:
— Покорнейше просим простить наше вторжение, почтенные господа. Мы здесь транзитом, преследуя высокие гуманистические цели литературного рейда. Искренне уповаем на ваше великодушие в деле снижения общего градуса социальной тревожности.
От вежливости призраки опешили, но прежде чем они успели затянуть лекцию о дивидендах, Мыха стремительно засунула лапу в бездонный карман и щедро засыпала чопорную британскую буржуазию сияющими снежинками из сгущёнки. Консервативная публикая испытала коллективный эстетический шок, смешанный с ужасом: сгущёнка таяла на манжетах викторианских сюртуков, оставляя бесшабашные кляксы.
Лис, Эльф и Хаха ловко перепрыгнули через низкий подоконник, преодолели кордон возмущённых предков и углубились в парк, где след неуловимого четверга обрывался у дубовой аллеи.
— Никаких сомнений, — авторитетно заявила Мыха, потирая нос и навострив усы. — Его заперли в фамильном сейфе самого Сомса Форсайта. Этот персонаж способен застраховать даже собственные сновидения от инфляции! Давно путает метафоры с ценными бумагами и искренне верит, что любую идею можно поставить на баланс.
— Нам нужен план, — задумчиво промолвила Лис. — Может, используем метод квантового черновика?
— Элементарно! — подхватила Мыха. — Возьмём на вооружение тактику решительного абсурда: за основу берём железобетонную логику классического романа, добавим туда коэффициент абсолютного пренебрежения к сюжетным аркам, разбавим щепоткой экзистенциального ужаса перед дедлайнами и приправим всё фирменным звоном бидончика со сгущёнкой. Сомс не выдержит финансового краха своих иллюзий!
План, что бы это не значило, сработал. Через несколько мгновений троица оказалась не где-нибудь, а в самом сердце лондонской бюрократии — в душной нотариальной конторе образца 1905 года, где пыль веков смешивалась с ароматом чернил и страхом убытков.
Под аккомпанемент скрипа перьев выступила Лис: она шагнула к массивному столу и устроила публичный разнос концепции собственности на время и сюжеты с позиции едкой критической оптики.
— Вы только посмотрите на этот паралич воображения! Вы пытаетесь загнать в жёсткие рамки балансовых отчетов то, что создано для полёта и свободной рефлексии! Жизнь — это не бухгалтерская книга, где каждый вздох облагается налогом на благопристойность!
Пока Лис громила идею монетизации смыслов, Мыха перешла к активной фазе операции: она принялась методично громить стопки нотариальных папок и долговых расписок бидончиком со сгущёнкой. В это время Эльф бесшумно скользнул в угол комнаты, где и обнаружил... заветную дверь в никогде.
Там, в полумраке, скрывался четверг — странное, переливающееся всеми цветами радуги существо с перьями павлина и хвостом динозавра. Он оглушительно чихнул, стряхивая с крыльев вековую пыль, расправил плечи и вернул межпространству подлинную свободу творчества, разрывая договоры купли-продажи на воображение.
ID:
1068542
ТИП: Проза
СТИЛЬОВІ ЖАНРИ: Фантастичний
ВИД ТВОРУ: Мініатюра
ТЕМАТИКА: Присвячення
дата надходження: 06.09.2026 15:03:52
© дата внесення змiн: 06.09.2026 15:03:52
автор: Лиза Муромская
Вкажіть причину вашої скарги
|
