Кеннет Кох, "Любя тебя"

1.
О,  сколь  электризовали  меня
нырки  в  светло-голубое  море
нашего  накоротке!  Ах,  но  дражайшие  друзья—
как  образы,  они  завершены;  и  жизнь  конечна!  Но  сколь
чудесно—  когда  октябрь
минул,  и  февраль  минул—
сидеть  в  накрахмаленной  сорочке  и  грёзить  о  твоих  нежных
повадках!  Как  если  мир—  такси:  ты  садишься,
бросаешь  (никому):  "Пять-шесть  кварталов,  поехали".
Голубой  поток,  что  мчится  мимо  тебя—  не  перевод  ли  с  русского?
Или  мои  глаза  шире  любви?
Это  ли  не  история,  мы  ли  не  пара  руин?
Карфаген  да  Помпеи?  подушка  это  кровать?  солнце  
клеит  наши  головы  вместе?  О  полночь!  О  полночь!
То,  что  мы—  любовь?
или  счастье  прибыло  ко  мне  в  частном  авто,
в  таком  тесном—и  я  поражён  его  видом?
     
2.
Идём  мы  солнечным  парком,  а  ты  говоришь:  "Вот  паук
тени,  он  касается  скамейки,  когда  начинается  утро".  Я  люблю  тебя.
Люблю  тебя  славить  люблю  тебя  дождит  солнце  люблю  тебя  сигареты  люблю  тебя  любить  люблю  тебя  стилеты  люблю  улыбки  стилеты  и  символика.

3.
На  подсолнуховом  полотне  пира  твоих  милейших  мудрецов-взглядов—
хризантемовое  детство  с  лицом  няни,  и  ножи  тычутся  в  фарфоровые
сердечки-малинки;  Китай—
пока  держава!  Ох,  Король  Эдвард*  отрёкся  годами  позже,  точно,  именно
тогда.  Если  б  тебе  было  семьдесят  тысяч  лет,  а  я  был  бы  пилюлей,
знаю,  как  избавить  тебя  от  мигрени:  мячом  бы  метался  в  стакане  воды;  так  корзины
с  полотенцами  ласково  касаются  пола  ванной!  О,  скамейки
небытия,  новые  и  былые—электричество!  Я  бы  хотел  
быть  с  тобой,  как  если  бы
миры  новы,
а  наши  эго  голубы—они
наши  платья
до  закатов—
затем  вечер  надевает
нам  серые  капюшоны  эго,  и  светло-бурые  эго  из...
Вода!  твой  лак  для  ногтей  цвета  слезы
целует  меня!  и  эта  груда  дров  кажется  новинкой,
как  штиль
на  море,  где,  как  голуби,
я  свеж,  печален,  оживлён,  и  пока  не  отрёкся...
Не  то,  что  видимая  над  морем  кромка  земли!

перевод  с  английского  Терджимана  Кырымлы
*  Король  Соединённого  Королевства,  Британских  доминионов  и  император  Индии  Эдвард  Восьмой  в  1936  г.  отрёкся  от  престола  ради  брака  с  неаристократкой,—прим.  перев.
 

In  Love  with  You

1.
O  what  a  physical  effect  it  has  on  me
To  dive  forever  into  the  light  blue  sea
Of  your  acquaintance!  Ah,  but  dearest  friends,
Like  forms,  are  finished,  as  life  has  ends!  Still,
It  is  beautiful,  when  October
Is  over,  and  February  is  over,
To  sit  in  the  starch  of  my  shirt,  and  to  dream  of  your  sweet
Ways!  As  if  the  world  were  a  taxi,  you  enter  it,  then
Reply  (to  no  one),  “Let’s  go  five  or  six  blocks.”
Isn’t  the  blue  stream  that  runs  past  you  a  translation  from  the  Russian?
Aren’t  my  eyes  bigger  than  love?
Isn’t  this  history,  and  aren’t  we  a  couple  of  ruins?
Is  Carthage  Pompeii?  is  the  pillow  the  bed?  is  the  sun
What  glues  our  heads  together?  O  midnight!  O  midnight!
Is  love  what  we  are,
Or  has  happiness  come  to  me  in  a  private  car
That’s  so  very  small  I’m  amazed  to  see  it  there?

2.
We  walk  through  the  park  in  the  sun,  and  you  say,  “There’s  a  spider
Of  shadow  touching  the  bench,  when  morning’s  begun.”  I  love  you.
I  love  you  fame  I  love  you  raining  sun  I  love  you  cigarettes  I  love  you  love
I  love  you  daggers  I  love  smiles  daggers  and  symbolism.

3.
Inside  the  symposium  of  your  sweetest  look’s
Sunflower  awning  by  the  nurse-faced  chrysanthemums  childhood
Again  represents  a  summer  spent  sticking  knives  into  porcelain  raspberries,  when  China’s
Still  a  country!  Oh,  King  Edward  abdicated  years  later,  that’s
Exactly  when.  If  you  were  seventy  thousand  years  old,  and  I  were  a  pill,
I  know  I  could  cure  your  headache,  like  playing  baseball  in  drinking-water,  as  baskets
Of  towels  sweetly  touch  the  bathroom  floor!  O  benches  of  nothing
Appear  and  reapper—electricity!  I’d  love  to  be  how
You  are,  as  if
The  world  were  new,  and  the  selves  were  blue
Which  we  don
Until  it’s  dawn,
Until  evening  puts  on
The  gray  hooded  selves  and  the  light  brown  selves  of...
Water!  your  tear-colored  nail  polish
Kisses  me!  and  the  lumberyard  seems  new
As  a  calm
On  the  sea,  where,  like  pigeons,
I  feel  so  mutated,  sad,  so  breezed,  so  revivified,  and  still  so  unabdicated—
Not  like  an  edge  of  land  coming  over  the  sea!

Kenneth  Koch  (1925–2002)

адреса: https://www.poetryclub.com.ua/getpoem.php?id=263204
Рубрика: Поэтические переводы
дата надходження 03.06.2011
автор: Терджиман Кырымлы