Маленькая кондитерская.

Une  petite  pаtisserie.

Я  хотел  быть  кондитером  и  выпекать  вкусные  эклеры,  слоеные  пирожки  и  золотистые  хрустящие  вафли.  И  специально  к  праздникам  и  юбилеям,  а  можно  и  просто  так,  делать  торты  бежевого  цвета  из  коньячного  теста  и  украшать  их  детскими  мечтами.

Я  -  кондитер.
Кондитерская  должна  быть  открыта  всегда,  а  табличка  с  надписью  «Ferme»1  не  появится  на  дверях  моей  кондитерской  даже  поздним  вечером.  И  ни  кто  не  посмеет  выкрикнуть  из-за  дверей:  «Еще  пять  минут».  Вот  и  большие  напольные  часы  в  футляре  из  резного  дуба,  что  приютились  у  меня,  всегда  показывают  одно  время  –  время  пить  чай  или  кофе  –  о  чем  сообщают  чудесной  мелодией,  перемежающейся  легким  боем.  И  никогда  они  не  скажут  вам  о  том,  что  пришло  время  закрывать  кондитерскую.

Лишь  Рождество  приходит  однажды  нарядным  праздником,  пахнущим  елью,  морозом,  камином,  яблоками,  клюквенным  пирогом.  Праздником  с  аппетитной  хрустящей  корочкой  жареной  индейки  и  холодным  вкуснейшим  champagne  frappe2.  А  у  меня  праздник  случается  каждый  день.  И  любой  желающий  может  вдоволь  потчевать  себя  слоеными  пирожками  или  другими  кондитерскими  изысками,  чтобы  позже  друзьям  рассказывать  как  он  был  ошеломлен  пирожным  с  миндальным  кремом,  и  позволил  для  себя  organizzare  una  piccolo  fеsta  per  mezzera3.  Я  всегда  старался  превзойти  свое  искусство  кондитера,  в  надежде,  что  мои  фамильные  рецепты  для  приготовления  le  geteau4  так  же  блестящи,  и  так  же  поражают  как  и  eclair5.

Я  –  кондитер.  А,  правда,  что  кондитер  он  лучше  провизора,  много  лучше  preparateur  en  pharmacie6.  И  дело  вовсе  не  в  названии  "провизор",  а  в  том,  что  у  кондитера  все  очень  и  очень  вкусное,  а  у  провизора  не  очень  и  даже  противное.  Но  почему  так  происходит,  что,  иногда,  мои  почитатели  бредут  в  аптеку:  лавку  со  стеклянными  банками  и  бутылками,  на  которых  наклеены  этикетки  с  надписями  на  непонятном  языке,  наполненными  разнообразной  невкусной  снедью.  
«Omnis  caro  ad  te  veniet7»,  -  усмехается  тощий  желчный  провизор,  потирая  ладони  и  наполняя  все  новые  склянки  порошками  и  микстурами.  Однажды  я  понял  –  они  бредут  к  аптекарю  за  надеждой  –  а  ко  мне  приходят  за  праздником.  И,  наверное,  торговать  надеждой  очень  непросто,  и  он  не  вправе  сказать:  «Для  Вас  il  n'y  a  pas  le  moindre  espoir8.  -  Так  же  как  и,  -  надеюсь,  что  скоро  увидимся».  
Это  грустно,  но,  видимо,  все  провизоры  немного  печальны.  А  вот  я  всегда  говорю  моим  друзьям,  расставаясь:  «До  скорой  встречи».
И,  все  же,  мои  друзья  неизменно  возвращаются  ко  мне.  И  что  бы  удерживать  их  как  можно  дольше,  я  поставил  у  себя  в  кондитерской  огромный  кофейник  и  купил  несколько  мешков  боливийского  кофе  и  медную  кофемолку,  которую  сторговал  у  антиквара  армянина  в  лавке  напротив.  Теперь  можно  пить  кофе,  есть  вкусные  эклеры,  что  всегда  остаются  для  любителей  перекусить  после  завтрака,  и  смотреть  на  мощенную  булыжником  улицу  и  антикварную  лавку  моего  соседа.

Под  полосатым  тентом  крохотной  летней  площадки  моего  заведения  на  венских  стульях  за  небольшими  столиками  любят  отдыхать  соседи  и  читать  толстые  газеты  с  розовыми  страницами  или  журналы  глянцевой  бумаги.  Они  равно  важно  и  рассудительно  беседуют  и  о  миропорядке,  и  о  женитьбе  нерадивого  Рене  на  молоденькой  Жюли,  о  испанских  монархах  и  о  бегах  в  ближайшую  пятницу  или  о  футболе,  и  много  о  чем  другом,  высказывая  в  своих  суждениях  здравый  смысл  буржуа.  Я  мог  бы  часами  болтать  с  ними,  но  меня  ждут  другие  гости.  
После  пятого  часа  вечера  к  ним  приходит  Жан  Мари  Буало  со  своим  аккордеоном,  и  тогда  вокруг  разносятся  веселые  парижские  мелодии.  Мonsieur  Буало  совершенно  солидных  размеров,  эдакий  signore  ciccione9,  но  при  этом  весьма  ловко  управляется  со  своим  внушительным  инструментом.  Я  подаю  ему  стаканчик  madеre  и  чашку  ароматного  чая.  И  мы  слушаем  незамысловатую  музыку  южных  портовых  городов.  
Затем  он  допивает  чай  и  басит  мне:  
-  Еще  пол-чашечки,  -  и  добавляет  ,  -  senza  indugiod.  10
-  Gia.  Vingo  subito11,  -  отвечаю  я,  и  приношу  еще  одну  чашку  чая.

А  когда  на  улице  свежеет  и  легкий  ветерок  толкает  разноцветные  фалды  навеса,  это  означает,  что  к  вечеру  собирается  дождь.

Я  очень  люблю  дождливые  дни.  Тогда  у  меня  начинается  маленький  праздник  di  pioggia12.  Потому  что  рядом  столько  друзей,  знакомых  и  просто  укрывшихся  от  дождя  прохожих.  Они  оставляют  разнообразие  зонтов  в  специальных  корзинах,  куда  на  поддоны  стекает  дождевая  вода.  И  все  хотят  быстрее  согреться  чашечкой  кофе  или  ароматного  чая  с  бергамотом,  или  просто  стаканчиком  чем-нибудь  покрепче.  На  этот  случай  у  меня  всегда  припасено  несколько  бутылочек  превосходной  мадеры  и  хереса.  А  трубочный  табак,  неизменно  ирландского  и  датского  исполнения  в  больших  коробках  обрел  свое  место  на  гранитной  полке  камина.  Я  даже  написал  табличку  со  словами  благодарности  к  тем,  кто  захочет  угоститься  табаком.

«JE  VOUS  REMERCIE  DU  FOND  DE  COEUR»13

А  еще,  случается  иногда  так,  что  изношенные  электрические  провода  начинают  бунтовать  в  руках  расшалившегося  ветра,  и  кондитерская  погружается  в  интригующий  сумрак.  И,  как  волшебство  чарует  наше  воображение,  так  и  свет  от  свечей  трех  пятирожковых  серебряных  подсвечников  завораживает  моих  посетителей.  Я  вношу  поочередно  каждый  из  dieses  Artefaktes14  в  гостевую  и  под  дружные  аплодисменты  посетителей  зажигаю  свечи.  Света  становится  не  столько  достаточно  в  зале,  сколько  в  сердцах,  все  пьют  кофе  и  хрустят  нежными  пирожными  и,  затем,  курят  трубки  с  вкусным  ирландским  табаком.

А  когда  все  уходят  по  своим  неизбежным  делам,  выполняя  обязательства,  раздавая  долги  и  расшаркиваясь  перед  кредиторами,  и  я  остаюсь  совсем  один,  меня  навещает  большой  рыжий  кот,  цветом  и  формой  напоминающий  бабушкин  яблочный  пирожок.  Он  приходит  неизменно  тогда,  когда  мне  становится  особенно  грустно.  В  холодные  дни,  занося  с  собой  запахи  слякоти  или  мороза,  напоминая  о  lune  rouse16,  кот  подходит  к  жарко  горящему  камину  и  долго  приводит  себя  в  порядок,  вылизывая  и  приглаживая  каждую  шерстинку.  А  после  окончания  процедуры,  еще  несколько  раз  придирчиво  оглядывает  себя  и,  затем,  забирается  в  плетеное  кресло-качалку,  которое  нарочно  приготовлено  для  столь  странного  гостя.  Через  некоторое  время  кот  прикрывает  глаза.  Он  укладывает  тяжелеющую  голову  на  подобранные  передние  лапы  и  вокруг  раздается  негромкое  мягкое  благодарное  клокотание,  и  я  думаю,  что  у  него  самый  шикарный  в  мире  ronron17.  За  это  бесподобное  canterellare18  я  так  запросто  и  зову  его  Ро.  И  я  располагаюсь  в  маленьком  уютном  диванчике  и  мы,  молча,  беседуем  долгими  слякотными  ночами.

1  –  закрыто  –  фр.
2  –  холодное  (замороженное)  шампанское  –  фр.
3  –  устроил  маленький  праздник  на  полчаса  –  итал.
4  –  пирожное  –  фр.
5  –  молния  (эклер)  –  фр.
6  –  провизор  –  фр.
7  –  к  тебе  прибегает  всякая  плоть  -  Псалом  63,  3  –  лат.
8  –  нет  никакой  надежды  –  фр.
9  –  господин  толстяк  –  итал.
10–  немедленно  –  итал.
11  –  уже  …  сейчас  же  (сию  минуту)  –  итал.
12  –  дождевой  –  итал.
13  –  чувствительно  благодарю  –  фр.
14  –  этих  артефактов  –  нем.
15  –  бледно-рыжий  –  фр.
16  –  апрельские  заморозки  –  фр.
17  –  мурлыканье  –  фр.
18  –  мурлыкать  песню  –  итал

адреса: https://www.poetryclub.com.ua/getpoem.php?id=141633
Рубрика: Стихи, которые не вошли в рубрику
дата надходження 16.08.2009
автор: Краснянский